пробник

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » пробник » flash-back » Frankly, my dear, I don't give a damn.


Frankly, my dear, I don't give a damn.

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

- дата: Зама. Каникулы. Воскресный вечер.
- действующие лица: Annabel Rouchester & Alan Baruchel
- место действия: Хогсмид
- сюжет: Кто-то скажет ерунда, они всегда так. Ненормальные. Простудятся, заболеют. Или оборвут жизни друг другу. Или в одной палате связанные рукавами останутся сидеть. Не ставьте его насмешки в эталон. Не берите с нее пример стокилометровой гордости. Они ведь так изысканно лгут. И как заманчиво просто было бы смириться и поверить.

0

2

Помните ваше детство? Первый снег выпадал и вы все выбегали на улицу, будто стая муравьев и резвились, радовались. Вам нравилась эта сказка. Ваши родители закутывали вас посильнее в теплую одежду и далеко не отпускали.
Да, сейчас так же иногда выбегаешь на улицу. Тебе хорошо, первый снег. Он, будто, смывает все, что ты натворил за весну, лето и осень. Снег — белый. Белый лист. Новое начало. И тебе становится проще на душе. Отовсюду раздается смех, летают снежки. Дети лепят снеговиков, головы которых венчает ведро. И ведь хорошо. За всем этим наблюдать — одно удовольствие. Зимняя сказка. Да, она существует. И она известна всем. Кому-то в большей степени, кому-то в меньшей. Но все ее чувствуют. Но вместе со сказкой приходит хондра. Когда тебе внезапно захочится расплакаться, потому что ничего у тебя не получается в этом чертовом мире! Учеба пошла под откос, личная жизнь не ладится. Ты берешь плюшевого мишку в руки и он впитывает все что ты ему говоришь. Когда теребишь его шерстку, а потом со всего размаху кидаешь в стенку. Когда тебе невыносимо плохо, хочется кричать! Но нельзя. Ты в приличном обществе. И не хочешь никому ничего рассказывать. Даже не подозревая что твоей соседке по комнате может быть так же плохо на душе, как и тебе. Но ты все упорно держишь в себе. Никому. Ничего. Так привычно. Так из года в год. Все больше накапливается. Но ведь у нас есть надежда. У этих миллиардов жителей планеты есть надежда. Она есть всегда. Но зимой она переростает во что-то... даже не материальное. Она переростает в действия. Рождество. Ты носишься за подарками, отвлекая себя от мыслей о жизни, не думаешь как же наша Вселенная бесконечна и почему ты лишь крупинка в этом чекнутом мире. Ты бегаешь с той целью, чтобы сделать приятное человеку. Дорогому тебе человеку. Выбираешь безделушки, сладости, открытки. Какие-нибудь ненужные вещи. Но ведь так приятно получить обычное колечко на праздник от близкого человека. Не важно какой подарок — важно что ты в него вложил. Считаете, подарок не может передать что чувствует человек, когда его дарит? Нет. Ошибаетесь. Как раз все и передается. Именно поэтому у всех шопоголиков под рождество отличное настроение. Тратить деньги не в пустую, а на что-то, что потом пригодиться людям. Они будут смотреть на эту фигурку танцующей балерины и думать о тебе.
Когда ты хочешь особенный подарок, твои мечты сбываются. Вообще под рождество почти все твои мысли становятся реальны и как-то, но сбываются. В какой-то степени благодаря волшебной атмосфете. В мире магии ведь все зависит от волшебства. Действительно, какой же мир магии без волшебства? Такого нет. А волшебники могут осуществить некоторые свои мечты одним моновением палочки. Но это такие, несильные потребности. Внезапные мысли, как говорится. Порыв. Называйте как хотите. И в мире магии все не совсем так, как у маглов. Конечно, многие считают маглов недостойным сорняком планеты и поэтому не хотят им следовать. Но есть и что-то общее. Елка все так же стоит в холле. Везде развешена омела. И все ходят за подарками.
В это воскресенье учеников Хогвартса решили отпустить в Хогсмид. Ну, Рождество, как ни как. И подарочки нужно родственничкам купить, да и пусть себе там шатаются, чем в заперти сидеть. Зонко, как всегда, был полон народу. Все банально хотели разыгрывать других в сочельник. Хотя это вроде как такой праздник, когда исполняются желания, а не выливается на голову слизь или твои ноги превращаются в ласты. Хочешь шутить — придумай что-нибудь новенькое. И не светись ты перед своими однокурсниками! Да и перед другими ребятами. Ну так не интересно, ребят, честное слово. Вот все пытаются что-то подделать так прямо незаметно. Да только все уже просекли что ты купил и начинают опасаться ходить по школе, предпочитая сидеть и не высовываться. Ну что ж это за праздник?
Роучестер не хотела шутить над кем-то. Она спокойно ходила по магазинам вместе с подругами и обсуждала последние новости школы. Да что ты?! Неужели вон та спичка встречается с тем красавцем? И что он в ней нашел? Все все поняли, в общем. Как всегда круговорот сплетен в природе происходит в период хождения по магазинам. Под ногами хрустел снег, ветер пробирался под теплую мантию и все норовился развязать шарф. Но это никогда не останавливало хогвартских девушек. Особенно когда речь шла о магазинах. Ведь обязательно нужно купить подарки всем маменькам/папенькам/братьям/сестричкам и даже про любимого хомячка не забыть, который так по тебе скучает весь год, что ты его обрадуешь своим новым розовым ошейничком или четверкой дизайнерских тапок. Именно так, да да. Дизайнерские тапки для хомячков совсем недавно вошли в моду и все сразу стали их раскупать. Что вы, без них мой любимец сразу замерзнет! А как он без этого жил, совсем никого не волнует. И от тапочек мы плавно переходим в ювелирный. Новый кулончик Энни заказала еще давно, где-то месяц назад. Она специально заказала себе такой, чтобы походил на подаренный тетей. Ведь тот она так мило утопила в черном озере при купании где-то в начале сентября этого курса. Ох, а ведь кулончик приносил удачу. Она надеялась теперь на этот.
Ветер-таки взял свое. Загнать девушку, которая как одиотка пошла в юбке в Хогсмид, в какой-нибудь паб — это просто дело чести, конечно. Именно когда Энни выходила на открытые месте ветер начинал трепать ее мантию, выставляя на обозрение прохожих ее юбку и милые ножки. Аннабель, конечно, не была против, потому что была довольна своими ногами, но так дела тоже не делаются. Она ушла от своих подруг под предлогом встречи с одним оооочень важным человеком, а сама мило пошла в ювелирный магазин. Этот кулон она никому не хотела показывать. Он был ее секретом успеха. К тому же очень красивым, а, зная наших девушек, можно предположить что они захотят такие же и прощай твое сокровище, если оно будет висеть на шее хотя бы двух. Тем не менее, Роучестер надоело мерзнуть на ветру и, решив что она и правда устала от сегодняшнего дня, пошла к трем метлам. Хотя столик она не надеялась найти, ведь не она одна такая умная, замерзшая и уставшая. Но ведь есть знакомые, к которым можно подсесть и спокойно выпить стакан вишневого сока.
Как говорилось ранее, тот кулон был для нее счастливым. Когда она его потеряла, у нашей малышки стали случатся не совсем приятные вещи в жизни. Чаще стало не везти по пустякам. Как и сейчас. Ни одного свободного сттолика. Знакомые есть. Но с ними сидеть не очень хотелось. Было место. Одно. Но сидеть рядом с Аланом Баршелем собственной персоной не хотелось. Ка же, это прямо явление Иисуса на землю! Он весь такой прям ах, что сейчас многие бы девушки посмотрели бы на Энни как на совсем сумасшедшую. Но с этим человеком, если его вообще можно так назвать, Аннабель не хотела иметь ничего общего в данный момент. Особенно что-то есть или пить под его взглядом. Смотри, все скиснет еще, потом травись какой-нибудь гадостью. Нет, мы лучше дойдем до Хогвартса. Там можно и пообедать, и поспать, и отдохнуть. Девушка уже давно все закончила с покупками подарков. Последней была ювелирка. Можно было спокойной идти в комнату и начинать писать пергаменты с поздравительными речами многочисленным родственникам. Вот и занятие на пол оставшихся дня.
Ненароком упасть Аннабель могла запросто. Когда она уже вышла из Хосмида и неторопливой походкой шла в сторону замка, ей вдруг вспомнилось, что кулон-то у нее лежит в сумке. Колюще-режущие снежинки ее не радовали и, чтобы не быть убитой таким нелепым способом, решила прибавить себе совсем немного удачи. Отойдя к краю дороги и принявшись рыться в недрах своей сумки, Роучестер тихонько приходила в паническое состояние тушканчика.
- Нет, я помню точно, я его забирала и ложила куда-то сюда, - бубнила она себе под нос.
Кулон. Кулон, который она только купила и отвалила за него немалую сумму денег, исчез. Может, выпал. Может, кто-то очень умный его спер.

+1

3

Он стоял на балконе и смотрел как некогда серые окрестности замка медленно покрываются белой пеленой. Как обманчиво мягко выглядят острые холодные снежинки. Они робко падают на ладонь, но впиваются в твою руку, стоит ее опустить глубже в снег. Приминая его на перилах, Алан с удовольствием ощущал как под жаром его руки растекаются капли и кожа чувствует холодную поверхность мрамора. Зима не может не завораживать, в ней есть что-то таинственное и неуловимое. За спиной послышались голоса уже собравшихся однокурсников. Последние дни по замку то и дело ходили бесполезные разговоры о том, где провести каникулы, какие подарки покупать, как отстирать мантию и можно ли уговорить профессора пересдать последний экзамен по зельеварению, который, между прочим, все поголовно провалили. Извечные вопросы, заставляющие высказываться об одном и том же. Благо у нашего ненормального везунчика с этим проблем не возникало. Не зря Барушель учился именно на своем факультете. У него всегда было все, что ему нужно. Он добивался всего, что желал. На что ставил – то неизменно оправдывалось. Но все-таки и в его стройной, продуманной системе жизненных привилегий была одна брешь. Однажды он просчитался. Решил, будто никто более не сможет волновать его, абсолютного эгоиста. Кто бы мог подумать, что такое вообще возможно. Перед глазами встал знакомый образ и парень слегка нахмурился. Человек, при виде которого все его внутренние компасы сбивались и хаотично бродили стрелками где-то под ребрами. Он верил, что в этом нет ничего возвышенного или прекрасного. Это казалось банальным желанием собственничества. Когда ребенок видит игрушку своей мечты, ему больше ничего не нужно, и никакие забавы в мире его не смогут отвлечь от заветного приза. Он злился, когда Она была рядом. Потому что понимал, что определения того, кто под чьей властью очень размыты. А впустить ее в свою жизнь, означает стать уязвимым. Этого он конечно допустить не мог. Но не поздно ли?
Оконное стекло размывало образы и приглушало звуки. У тех, кто оживленно болтал за спиной, на повестке дня стояли так же вполне ожидаемые вопросы. Вечеринки, разгром гриффиндорцев в квиддич, способы отвлечения профессора, для того, чтобы добыть заветные скляночки опохмелина на утро... Школьная жизнь всегда течет своим чередом. А все преимущество управления людьми состоит в том, что какие бы события не происходили под твоим чутким контролем, ты всегда в случае неудачи оказываешься не причем.
- Ааллаан. – растягивая буквы, пропела длинноногая блондинка, вешаясь ему на шею. – Мы все собрались. А ты тут стоишь. Один. – Парень скучающе перевел на нее взгляд. Вчерашний день опять повторялся и позавчерашний и поза-позавчерашний. И если себя ущипнуть, то можно найти на руке синяк, который поставил себе уже несколько дней назад. Эта девушка могла радовать его глаз, могла тешить его самолюбие, могла служить дополнением к его статусу в высшем обществе, но она никогда не могла занять его мысли, дольше того времени, что она крутилась перед его глазами. Парень выдавил подобие улыбки, и взяв ее руки за запястья, стянул со своей шеи. Наверное, не такого холодного приветствия она ожидала. Ну что ж, детка, это зима. Пусть тебя камин греет. Парень зашел внутрь, не оборачиваясь, зная, что завтра стоит ему мягко посмотреть в ее сторону, и она опять будет бессмысленно проста и неинтересна в своих настойчивых попытках оказаться с ним рядом. Планы в гостиной Слизерина царили просто грандиозные, такие, что прям не хотелось мешать. Возникало желание разве что пойти напиться и устроить подрыв школьного благополучия где-нибудь вне стен замка. Но он остался, чтобы полдня изображать из себя активного деятеля, потому как добрая половина всех присутствующих собралась здесь из-за его персоны. Алан не скрывал, что этим фактом он наслаждался. Он с легкость мог заставить человека либо любить себя, либо ненавидеть. Причем и то и другое в равной степени ему удавалось хорошо, а какой прием будет применен к тому или иному зависело только от интереса. Так могло продолжаться до самого вечера, все эти вопросы-ответы, хлопки по плечу и смех без особой радости. Но в конце концов тяга к свежему воздуху пересилила тягу к всеобщему обожанию. Конечно, пребывать с теми, кого ты впоследствии можешь использовать, было делом полезным, создающим некий нужный ореол дружбы. Но он-то точно знал насколько все эти люди ему друзья. И Барушель просто ушел, как всегда ничего не объясняя и ни перед кем не отчитываясь.
Вечер спустился незаметно и окрасил небо оранжево-коричневыми бликами заплывающего за горизонт солнца. Холодный воздух ворвался в легкие. Все еще жив. Все еще может сбежать от всех и от себя в первую очередь. Раньше это сделать было намного проще, наплевать на мнение окружающих и в очередной раз заставить всех осуждать себя. Чтобы остальные только в тайне завидовали и утешались шепотом очередных слухов в его сторону. О, да. Приятные мысли о том, что он может позволить себе все, согревали душу.
В Хогсмиде было довольно тихо. И несмотря на выходной вечер, не у многих возникло желание выйти из теплого помещения под порывистый снегопад с пронизывающим ветром. Сейчас самое оно завалиться в какой-нибудь барчик и расслабиться.
- Двойной, как обычно, пожалуйста. – Хозяин заведения хотел было что-то спросить, но промолчал и отточенным движением наполнил стакан. Наверное, у Алана в глазах был какой-то странный тлеющий огонь, и здравомыслящий мужчина решил обойтись без разговоров. Барушель и так устал, не хотелось ему бесед еще и с персоналом. Время тикало, стакан пустел, пальцы отчего-то нервно крутили сигарету. У входа послышался звон колокольчика, и спину обдало впущенным порывом ветра. Люди приходили и уходили, никто не обращал на это никакого внимание, но, наверное, предчувствие заставило его повернуться и увидеть уже исчезающую в дверях Аннабель. Увидела меня и решила сбежать? Легкая насмешка скользнула по лицу. Так-так, а вечер обещает быть интересным. Небрежно бросив на стол несколько галеонов, парень направился к выходу, попутно накидывая пальто. Ночь уже совсем сгустила краски, только фонарь тусклым светом еще указывал дорогу, которую занесло сугробами. Буквально через пару шагов парень заметил какую-то безделушку, на которую нога так и не поднялась наступить. Это оказался женский кулон, довольно милый и по виду дорогой. Наверное тот, кто его потерял сильно огорчился. Надо же быть таким неуклюжим. К его удивлению чуть дальше от дороги Роучестер водила руками по снегу, присев на корточки, и от досады закусив губу. Зрелище было забавным, и Алан решил подождать еще некоторое время, чтобы полюбоваться ее позой и тщетными попытками найти то, что он сжимал в кулаке.
- Что-то потеряла? – Парень стоял возле нее и смотрел сверху вниз, с выражением, будто она специально оказалась у его ног. – Не это ищешь? – Он разжал руку и кулон свесился на цепочке, слегка раскачиваясь как маятник. Алан наклонил голову набок и ухмыльнулся. Вся эта ситуация откровенно забавляла его. Еще пару часов назад он думал радоваться ему или огорчаться, что на каникулах эта упрямая девчонка, возможно, уедет и у него не будет возможности слышать ее возмущенный голос и с издевкой смотреть в ее глаза, когда она в очередной раз будет называть его отчасти правдивыми нелицеприятными эпитетами. А тут Аннабель сама как по волшебству оказалась в нужном месте в нужный час. И как после этого не думать, что вселенная вращается вокруг тебя? – Вставай, а то замерзнешь. Нести твое бездыханное тело в школу мне совсем не хочется, я предпочитаю проводить время с пользой. – Он категорично посмотрел на нее, ожидая, пока она встанет на ноги, без его помощи разумеется. Как только девушка потянулась к кулону, он обратно сжал его в кулак и хмыкнул. – Я не собираюсь отдавать его просто так. Это я нашел его. – Играть в кошки мышки его любимое развлечение. И отпускать ее вот так просто показалось глупым. Алан манерно и пренебрежительно отряхнул снег с ее плечей и макушки. Не сказав более ни слова, он развернулся и пошел дальше, подняв воротник и засунув руки в карманы. Его не одолевали сомнения, что она пойдет за ним, всегда шла. Да и не в ее это принципах отдать ему кулон просто так. Скорее она уже промышляет какие-нибудь глупости, чтобы вернуть его. А он именно на это и рассчитывал. В тишине было слышно как хрустит снег под ее сапогами. Он шел молча, не отзываясь, практически физически ощущая четко отмеренное расстояние между ними. У Алана не появилось ни одного порыва усомниться или оглянуться. Вскоре дорога вывела к какой-то подозрительной забегаловке. Улочки казались все менее проходимыми из-за нерасчищенного снега и ветер неприятно растрепывал волосы. Барушель остановился на пороге и достал помятую пачку, после чего, наконец, повернулся к Аннабель. – Хочешь что-то сказать мне? – Дым и холод прожигали легкие изнутри. Горло грозилось охрипнуть, но парень с наслаждением втянул морозный воздух. Он внимательно и как бы между прочим посмотрел на девушку. Красивая и необычная как всегда. Не ручная. Неизменно такая, которую он иногда ищет в толпе, конечно только для того, чтобы сделать ей едкое замечание или случайно столкнуться с ее новым парнем. На первый взгляд совсем хрупкая, но он хорошо ее успел изучить. За всей ее внешней тонкостью скрывается целый торнадо. Он сделал еще одну затяжку и с ухмылкой потряс кулоном в руке, как бы напоминая о своем трофее, который по-прежнему бережно перебирал пальцами, чуть сжимая звенья цепочки.

0


Вы здесь » пробник » flash-back » Frankly, my dear, I don't give a damn.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC